Перевод статьи П.Р.Саркара "Достойное и недостойное в искусстве"

Существует большое расхождение во мнениях деятелей искусства о том, что прилично и что неприлично в искусстве. Консервативные литераторы и художники, искусствоведы в некотором роде выступают как сторонники культа Варнашрама (кастовой системы). Они считают, что малейшее отклонение от установленных традиций запятнает чистоту искусства. Чрезвычайно озабоченные анализом благопристойного и вульгарного в литературе и искусстве, они упускают из виду самое главное – саму задачу искусства. Споры о так называемых этике и морали не дадут ничего людям.
Если вы откроете книгу и обнаружите, что она содержит только высокие темы морали, то, не прочтя и пяти страниц, почувствуете, что у вас уже болит голова. Если в фильме будут шествовать один за другим воплощения моральных идеалов, и больше - ничего, публика никогда не оценит такой фильм.
Из всего этого можно сделать вывод о том, что только благо общества может быть единственным критерием для оценки любого произведения искусства и что мысль может воплотиться в форме лишь через радость творчества – только это способно пробудить тонкий интеллект в грубых умах.
Излишняя щепетильность, вроде мизофобии (боязни осквернения), становится препятствием на пути людей творчества.
Эти консервативные, страдающие мизофобией писатели будут слагать поэмы о морях, горах и лунном свете, будут писать литературные пейзажи, подобные тем, что висят в гостиных аристократической элиты. Но они не станут писать об униженных, о низком уровне жизни и об обыденной грязи никому не нужного, необразованного населения деревень, потому что все это - неприятные темы. Ужасная судьба падших женщин, отвратительная жизнь в трущобах, плотоядные устремления чудовищ в человеческом обличии, угрожающие всему обществу - все это они обойдут стороной, потому что эти темы неприемлемы по стандартам «пристойного» и «прекрасного».
В человеческом разуме есть множество склонностей и понятий, которые вполне нормальны и естественны. Но все эти страдающие мизофобией деятели искусства со своим принципом «не-прикасайся-ко-мне-иначе-я-утрачу-свою-чистоту» желают обойти их своим вниманием. Они думают, что, если уделить таким вещам место в искусстве, это подвергнет общество опасности. Я не могу поддержать подобную консервативную, правую точку зрения.
Хотя те, кто придерживается левых взглядов в искусстве, еще опасней. Недостаток правых – их бездействие, инертность, а недостаток левых – чрезмерная активность, берущая начало в их эгоизме. Кажется, будто они нарочно ищут самые темные и грязные аспекты жизни и, как мухи, жиреют на сочащихся язвах общества. Нужно помнить, что мухи не излечивают раны – они, скорее, бередят их, потому что гной из ран является для них пищей. Поэтому самые грязные аспекты общества – это то, за счет чего существуют подобные деятели искусства.
Если суть художественных произведений будет вертеться вокруг самых низших свойств человеческого разума, то все люди будут естественным образом тяготеть к самым низким вещам, и создатели подобных произведений таким образом заработают большое количество денег, а это и является целью их творческой деятельности. Служа пороку, пошлости и вульгарности, они также теряют из виду первостепенную задачу искусства.
Лучший путь – это путь срединный, который означает, что мы не должны удаляться от идеала. Служа благу людей, нам не нужно думать о том, что прекрасно, а что вульгарно, что приличествует искусству, а что – нет, иначе мы сойдем с нашего пути.
Я не собираюсь принимать за правило, что литература должна сосредотачивать свое внимание лишь на добропорядочных гражданах, также я не склонен соглашаться с тем, чтобы грубых разумом людей представляли обязательно низкими и порочными. По моему мнению, что бы ни создавал художник, его творение должно быть исполнено сочувствия, симпатии. Те, кто находятся на дне общества, нуждающиеся и беспомощные – вот те люди, изображение чьей жизни в наименьшей степени представлено в литературных салонах. Они немы. И тяжелая ответственность выразить те чувства, что скрыты в этих страждущих, лежит именно на художнике. Деятелям искусства нужно взять на себя ответственность за то, чтобы эти люди воспрянули духом и, отряхнув с себя всю грязь, заняли место в одном ряду с остальными членами общества.